Знание на кончиках пальцев

Знание на кончиках пальцев
10 декабря 2017 г
Заместитель главы городского округа Самара, руководитель Департамента образования Лилия Галузина рассказала нам о том, что волнует учителей, школьников и их родителей, а еще дала домашнее задание по литературе.
Текст: Наталья Лукашкина 

– Лилия Викторовна, по данным исследования Высшей школы экономики и «Левада-центра» число довольных своей работой учителей в 2016 году сократилось почти в два раза – до 22% от общего числа. Основные причины – низкий уровень учительских доходов и высокая внеучебная нагрузка, проще говоря, необходимость вести массу документов и отчетов. Как по-вашему, возможно ли в обозримом будущем облегчение учительской доли? 

– Да, это заметили не только в «Левада-центре». Проблема обсуждается в Минобре, ее подчеркивал и президент в одном из своих посланий. Беда в том, что даже появление интернет-ресурсов не облегчило, а только осложнило жизнь наших учителей. В соответствии с образовательными стандартами увеличивается количество отчетов, и даже журналы в большинстве школ до сих пор ведутся как в электронном, так и в бумажном виде. Если раньше мы приходили на урок с тематическим планом, а затем просто заполняли журнал, то сейчас у учителей действительно прибавилось бумажной работы. И пока я не вижу механизмов, способствующих ее сокращению. Могу лишь сказать, что с нашей, управленческой, стороны такой нагрузки и такого контроля над выполнением образовательных программ нет. Правда, это и не совсем наша компетенция. Тем не менее, перед нами стоит общая задача – минимизировать количество отчетов, и всем нам необходимо искать способы ее решения. 

– Сейчас активно обсуждается проблема поборов в школах. Министр образования Ольга Васильева критикует эту практику жестко и заявляет, что собирать с родителей деньги «на мыло и занавески» недопустимо. Школьную коррупцию вообще победить можно? 

– В последнее время этот вопрос действительно встал очень остро, такого на моей памяти еще не было. Увеличилось количество выговоров, растет число проверок по жалобам родителей, заводятся уголовные дела. Слово «поборы» прокуратура употребляет уже как официальный термин, хотя мы отчаянно этому сопротивляемся. Я убеждена, что финансовые потоки все-таки надо различать, и не стоит путать добровольную благотворительную помощь или готовность родителей оплачивать дополнительные образовательные услуги и тот самый немотивированный сбор средств. 
Сбор денег, конечно, должен быть исключительно добровольным, только по инициативе родителей, а расходование – строго целевым. Но проблема даже не в существующей практике привлечения средств, а в том, что ряд педагогов и руководителей по разным причинам никак не могут придать этим процессам правильную легитимную форму. 
Если говорить прямо, сегодня школам без родительской поддержки трудно. Конечно, у нас нет недофинансирования, и такие социальные обязательства, как зарплата и коммунальные услуги, покрываются в полном объеме, но вот уже с заменой устаревшей мебели или окон могут быть сложности. Или, скажем, дневная охрана силами ЧОП. На ее содержание во всех школах города требуется более 150 млн руб. ежегодно. Время изменилось, и оно диктует более строгие требования к безопасности. И, конечно, директора были бы счастливы не просить денег, но на данный момент из бюджета эти средства не выделяются, и вся охрана в городских образовательных учреждениях существует за счет родителей. 
Нередко идею добровольности искажают и делегированные на общешкольные собрания родители. Если на встрече с председателями родительских комитетов директор говорит именно о добровольном сборе на те или иные нужды, то уже в своих классах родители трактуют это как обязательную сдачу фиксированной суммы. Примерно то же самое происходит в подъездах, когда мы собираем деньги за уборку, или в дачных товариществах.

– Но очень часто инициатива исходит именно от педагогов. Директор давит на учителей, чтобы те собирали деньги на ремонт классов, учителя – на родителей, а последние вынуждены платить, боясь испортить отношение к ребенку в школе. 

– Да, и сейчас у нас есть ощущение переполненной чаши родительского терпения. Именно поэтому мы ведем очень серьезную работу с родителями, призываем их сразу же сообщать о подобных злоупотреблениях. Мы буквально завалены письмами и звонками, начиная от жалоб на какие-то простые и понятные нам вещи, заканчивая хитрыми финансовыми схемами, с которыми мы вынуждены разбираться, инициируя множество проверок. 

– Подготовка к ЕГЭ для старшеклассников остается настоящим стрессом: эмоциональное напряжение, бесконечное репетиторство, бессонные ночи. Получается, школьной программы все-таки не хватает для того, чтобы выпускник спокойно и планомерно подошел к сдаче экзаменов и преждевременно не поседел при этом? 

– На мой взгляд, здесь немного по-другому нужно ставить вопрос: какому числу детей за счет их способностей и физической выносливости хватит одной лишь школьной программы? Что греха таить, институт репетиторства сегодня процветает. Очень многие семьи пользуются платными услугами педагогов, причем репетиторство сильно молодеет. И в этом, скажу честно, мне видится родительская лень. Если наши родители в свое время садились вместе с нами за уроки, помогали, объясняли, то сейчас родители подчас устраняются от помощи ребенку и нанимают ему репетиторов даже в начальной школе, когда угрозы ЕГЭ нет. 
В то же время нужно признать, что проявить индивидуально-дифференцированный подход в классе на 25 человек действительно сложно. Конечно, учитель высшего пилотажа способен на уроке дифференцированно работать с учениками разных возможностей, но это большая редкость. Тут-то и появляются репетиторы, которые работают с ребенком индивидуально и видят его конкретные проблемы. 
Отмечу также, что меня очень радует развитие интернет-технологий, позволяющих школьникам бесплатно и в комфортном режиме проходить различные онлайн-курсы, слушать лекции лучших педагогов страны. Этим ресурсом не стоит пренебрегать. 

– Поддерживаете ли вы популярную в последнее время идею о том, что выпускники должны получать высшее образование и реализовывать свой потенциал в родном регионе, не выезжая в Москву или Санкт-Петербург? 

– Создать такие препоны искусственно невозможно, это вопрос идеологии. Но что бы мы ни говорили нашим детям, если они будут видеть, что местные предприятия закрываются, исследовательский потенциал не востребован, а возможностей для карьеры совсем немного, они уедут и не вернутся. Наша задача – создавать достойные условия, чтобы молодежь поверила: им есть куда расти, и дома они будут востребованны.
В то же время я убеждена, что замыкать абсолютно всех выпускников в рамках области неправильно. Я за разумный баланс, чтобы часть наших выпускников свободно уезжали в Москву, Санкт-Петербург, Казань и другие города и вкладывали свой интеллектуальный потенциал в развитие страны. Не вижу в этом ничего предосудительного. 

– В свое время были очень популярны международные программы между школами России и других стран. Когда, к примеру, наши ребята ехали на год учиться за рубеж по обмену. Сохраняется ли эта практика хотя бы в каком-то виде сегодня?

– Бесплатных программ, к сожалению, уже давно нет. Но поездки, которые оплачиваются родителями, по-прежнему популярны. К примеру, летние лагеря, где дети погружаются в новую для себя языковую среду. Очень интересно, если языковая практика увязывается с другими увлечениями ребенка, с музыкой или спортом. Так, ученики одной из наших школ ездили в итальянский Триест, где находится оперный театр, и пробовали себя в оперном пении. Ряд школ поддерживает долгосрочное сотрудничество со Штутгартом, с болгарским городом Стара-Загора. 
Я всегда приветствую подобные инициативы, потому что убеждена: любая поездка, будь то в соседний районный центр или в Европу, чрезвычайно полезна для ребенка. Современные дети имеют серьезную нагрузку в школе и общаются они преимущественно в Интернете, а такой жизненный опыт колоссально их обогащает и развивает. 
И даже для взрослых погружение в новую образовательную среду оказывается очень полезным. Если мы с директорами школ  понимаем, что немного засиделись и давно нигде не обменивались опытом, мы ищем актуальную для нас стажировку в одном из городов страны и едем. 

– У вас большой преподавательский опыт. Скучаете? 

– Очень скучаю! У нас есть традиция: каждое лето на несколько дней мы отправляемся на директорскую конференцию, где – так сложилось – я обязательно читаю лекцию по литературе. Очень это люблю и всегда старательно к лекциям готовлюсь. Уже рассказывала коллегам о Бродском, о Пушкине (точнее, не столько о самом поэте, сколько о лицее как об образовательной модели для современных детей). А когда конференция проходила в Чистополе, куда в годы войны эвакуировался Борис Пастернак, конечно, мы с радостью вспомнили его жизнь и творчество. 

– Как сегодня нужно преподавать литературу детям, чтобы в борьбе за их внимание учитель выигрывал у айфона? 

– Рецепт, мне кажется, один на все времена – предмет должен быть интересен самому учителю. Знаете, я всегда обращаю внимание на то, как педагог разговаривает с детьми. Когда я вижу, что урок не удался, и говорю учителю, что надо было бы сказать вот это и подчеркнуть вот то, почти всегда слышу в ответ: «Но я же так и делал». А мне казалось, что урок был абсолютно выхолощенным, что в нем отсутствовал нерв. Однако сам учитель этого не чувствует. Это вопрос настоящего мастерства. Либо педагог рассказывает о писателе шаблонно, как о памятнике, просто потому что когда-то его так научили в институте, либо он – настоящий мастер, и в его подаче писатель всегда живой, и даже произведение, написанное 150 лет назад, оказывается актуальным. Учитель интуитивно удерживает это ощущение на кончиках пальцев и передает его детям.


Семь книг на разные случаи жизни от Лилии Галузиной: 
 
  • «Мастер и Маргарита» М. Булгакова – когда кажется, что окружающий мир устроен неправильно 
  • «Темные аллеи» И. Бунина – если вы устали от быта и будничности 
  • «Щегол» Донны Тартт – когда необходимы надежда и утешение  
  • «Вверх по лестнице, ведущей вниз» – если вы работаете учителем, но еще не прочли Беллу Кауфман 
  • «Над пропастью во ржи» Дж. Сэлинджера – если вы преподаете в старших классах 
  • Повести Б. Акунина – на досуге и в самолете 
  • «Лето Господне» И. Шмелева – летом на даче