Владимир Малахов: «За работой даже сердечные раны заживают быстрее»

Владимир Малахов: «За работой даже сердечные раны заживают быстрее»
25 июля 2017 г
Для прославленного танцовщика и хореографа Владимира Малахова последние пара лет выдались непростыми. Долгое время он руководил Государственным берлинским балетом, однако был вынужден уступить свое место выходцу из Михайловского театра Начо Дуато. Спустя год после громких перестановок колумнист «БГ» Алексей Прокаев пообедал с мировой звездой в Санкт- Петербурге и расспросил его о последних новостях. Похоже, артист оправился от потрясений и готов к новым победам.



– Владимир, давайте поговорим о хорошо вам знакомом немецком балете. Какой он для вас?

– Сложно сказать в нескольких словах. В Германии существует много балетных трупп: в Мюнхене, Гамбурге, Дрездене. Мне захотелось создать в Берлине свою. Было очень тяжело, в наш Deutsche Oper поначалу просто никто не ходил! Поэтому я сделал программу «Малахов и друзья», чтобы привлечь интересных артистов. Мы поставили балет «Караваджо», стали единственной в мире труппой, исполняющей «Кольцо Нибелунгов». Это огромное 5-часовое представление, даже не совсем балет, а скорее театр, где артисты танцуют, разговаривают и поют.

– Сколько времени ушло на то, чтобы сформировать у немецкой публики интерес к вашему балету?

– Около пяти лет. В прошлом году я отметил юбилей – 10 лет в берлинском балете. Мы, конечно, совершали ошибки, но и учились на них. Скажем, сидеть на одной классике нельзя. Когда танцуешь неоклассику, модерн, мышцы начинают работать по-другому, а возвращаешься к классическому репертуару – и вдруг открываешь для себя новые нюансы танца.

– Берлин для вас уже родной город?

– У нас с Берлином много общего. Из остальных домов я перевез сюда все вещи и именно здесь я обустроил свое уютное гнездышко. Кроме того, в Германии живут мои «дети» – две собаки. Одна родилась 26 декабря 2004 года в день цунами в Индонезии, а у второй день рождения 11 сентября. Я их называю «собаки-катастрофы». Очень по ним скучаю, и они меня любят и ждут.

– А чем запомнился знаменитый Штутгартский балет, где вы также работали?

– В Штутгарте я успел побыть и в качестве приглашенного артиста, и на постоянном контракте. Сначала танцевал в «Спящей красавице» и в «Ромео и Джульетте», а потом меня пригласил Рэйд Андерсен, и список пополнился «Лебединым озером» и «Дамой с камелиями» Джона Ноймайера. Такой блестящий репертуар был только там! Одно время я параллельно работал в четырех труппах: в Германии, Америке и Австрии. Буквально разрывался между странами. Забудешь какую-нибудь вещь в одной квартире, звонишь, просишь срочно выслать ее на другой конец света.

– С Ангелой Меркель приходилось встречаться?

– Да. Однажды она даже сказала мне: «Давай говорить по-русски, чтобы никто не понимал!» .

– В начале 1990-х вы уехали на гастроли в США и не вернулись. Легко далось решение оставить родину?

– Было очень страшно. Однажды я проснулся весь в поту. Приснилось, что я должен ехать работать на Запад. Мама тогда сказала: «Делай то, что считаешь правильным для своей карьеры». Я тут же написал заявление об уходе по собственному желанию из Театра классического балета в Москве. Но начинать с нуля было тяжело. Потребовалось огромное терпение, чтобы достичь тех результатов, которые у меня были в России.

– Вас пригласили работать в Tokyo Ballet. Как это случилось?

– Эту труппу я знаю давно, около 20 лет. По японским стандартам она одна из самых сильных. В Токио мне предстоит та же работа, которую я начал когда-то в Берлине. У них очень интересный репертуар, много постановок Мориса Бежара, идет «Спящая красавица». Правда, иностранных исполнителей я, видимо, смогу привлекать только в гостевые спектакли. В составе труппы могут работать только японцы.

– Каким руководителем вы в итоге стали: деспотичным или вполне либеральным?

– Я люблю людей, с которыми работаю. Могу и похвалить, и поругать, но главное для меня – это доверие. Не в том смысле, чтобы по-лисьи в него втереться, разнюхать все секреты, а потом – «спасибо, до свидания». В театре нужно работать, а не интриговать. К тому же я был танцующим директором и все время в творческом коллективе оставался на глазах.

– Какой у вас любимый балет?

– «Жизель». Это первый спектакль, который я танцевал в Мариинском театре с Дианой Вишневой. Всякий раз, когда смотрю его, наворачиваются слезы. Такое приятное чувство. Но немного грустно оттого, что я уже никогда не смогу повторить эти прекрасные моменты: организм уже не в той форме.

– Как справляетесь со стрессами в этом режиме постоянных нагрузок?

– Для меня не существует понятия «стресс». Да, я устаю, но по большому счету вся наша жизнь – это стресс. Я запустил это колесо однажды и уже не могу его остановить. Живу на сцене, несусь в бурном потоке, но ни о чем не жалею. Более того, я заметил, что чем больше работаю, тем легче мне становится. За работой даже сердечные раны заживают быстрее.

– А пообщаться с друзьями или, скажем, пропустить стаканчик виски в выходной?

– Я не пью виски, разве что вино или шампанское. Но мне много не надо, сразу становлюсь сентиментальным. Я вообще легко могу всплакнуть. Услышу красивую мелодию или стихотворение – и все, сижу реву. Что поделать, эмоциональный человек. Но, думаю, если бы я не был таким чувствительным, не было бы и всех моих балетов. 

– Так в чем же секрет вашего успеха?  Что нужно делать, что-бы построить столь успешную карьеру?

– Иметь голову на плечах. В балетном мире много соблазнов и искушений. Важно уметь им противостоять. К тому же карьеру нельзя строить наугад. Необходимо ставить перед собой четкую цель и неуклонно к ней двигаться. Моей целью было танцевать на знаменитых мировых сценах, и я шел к ней шаг за шагом.

– Ну а когда танцуете на сцене сегодня, что чувствуете?

– Что лечу! Я же родился 7 января, когда небеса открываются. Маме в тот день сказали: «Проси у Бога все, что хочешь». И она ответила: «Хочу, чтобы он поскорее увидел свет».

– Есть ощущение, что вам дано немного больше, чем другим?

– Да, и я им очень дорожу. Если Бог одарил, нужно этим даром пользоваться и его преумножать.

Автор: Алексей Прокаев



Теги: Балет