Дагестан на пороге больших перемен

Дагестан на пороге больших перемен
3 октября 2016 г
В эксклюзивном интервью «БГ» глава РД Рамазан Абдулатипов объясняет, что изменилось в республике с его приходом и почему настоящий Дагестан совсем не такой, каким мы привыкли его видеть по телевизору.
– Рамазан Гаджимурадович, на посту Главы Республики Дагестан Вы пребываете уже около трех лет. Что стало для Вас самой сложной задачей на этом посту и каким из своих достижений Вы гордитесь больше всего?

– Нам пришлось пройти труднейшие этапы, связанные с углубленным анализом состояния дел в регионе и наведением элементарного порядка. С самого начала мы ощущали дефицит ресурсов и кадрового потенциала. В органах власти и в экономике господствовали устаревшие подходы, а в обществе – определенная инертность. Нам досталось в наследство множество проблем, решение которых откладывалось годами.
Самое сложное оказалось из области психологии, культуры и стиля управления. Для чего и с какими целями, собственно, чиновник или глава муниципального образования занимает свою должность?! Это вопрос смыслов. Не без труда, но удалось убедить глав целого ряда районов и городов, что их обязанность не просто в распределении бюджета и должностей, но и в экономическом, культурном развитии территорий, которые они возглавляют. Кто этого не понимал – от тех избавлялись. Сейчас по темпам развития экономики мы вошли в первую «двадцатку» среди регионов страны, и Дагестану был выделен 161 млн рублей в качестве гранта. Для нас очень значимо, что успехи республики отмечены на уровне руководства России.
Но самым важным для дагестанцев остается вопрос обеспечения безопасности. В настоящее время уровень преступности в Дагестане в 1,5 раза ниже, чем в других субъектах СКФО и в 3 раза ниже, чем в среднем по стране. По степени распространения бытового криминала Дагестан – один из лучших регионов России. Не удивляйтесь, это от более здорового образа жизни. По статистике, у нас меньше пьянства, наркомании и прочей социальной патологии. Еще один из болезненных вопросов, который нам удалось решить, – честное проведение ЕГЭ. Мы были первыми в России, кто провел ЕГЭ и для учителей.
Основным своим достижением я считаю налаживание системы управления – строгая централизация и отчетность чиновников и глав районов и городов, когда управляют результатами и нет демократической анархии в системе управления. И это сразу отразилось на показателях республики. В сфере культуры и искусства я бы отметил реализацию идеи открытия «Театра Поэзии: от Пушкина до Гамзатова» и создание центров традиционной культуры народов России во всех районах и городах республики.

– Бытует мнение, что в отдельных субъектах России для поддержания порядка необходимы жесткие персоналистские режимы, вроде того, что существует в Чечне при Рамзане Кадырове. Как Вы считаете, возможно ли в Дагестане создание полноценного демократического общества с соблюдением всех гражданских прав?

– В Дагестане жесткие режимы не пройдут. У нас многонациональная республика, сложное общество. Думаю, что этого нет и в Чечне. Для управления такими обществами диктатуры противопоказаны. С другой стороны, в системе управления нужны строгая централизация и авторитарность. Демократия только на стадии обсуждения вопросов. Дальше начинается авторитаризм, основанный на законе и задачах (и непременной их реализации), а не на своеволии главы республики.
Но особенность Дагестана в том, что мы вынуждены соблюдать негласный политический принцип пропорционального представительства народов республики в структурах власти. Нередки ситуации, когда я не могу поставить на ту или иную должность человека, достойного во всех отношениях, чтобы не нарушать вот этот межнациональный баланс. Конечно, до абсурда ситуацию никто не доводит, но это одно из условий межнационального согласия в республике.

– Когда Вы стали главой республики, рейтинг Вашей поддержки вырос до 70%. Каков он сегодня?

– Я не ставлю задачу понравиться людям и не гоняюсь за рейтингами. Я даже не знаю, какой он у меня: может быть, 50%, а может, 80%. Важно, какие результаты приносит наша работа, то, что останется после того, как я покину пост. Главное для нас, что уровень доверия дагестанцев к Президенту РФ В.В. Путину достигает 93%, – самый высокий показатель в стране. Но надо учесть, что страна сейчас в нелегком положении и Дагестан как субъект РФ не может быть свободен от наших общих проблем, связанных с санкциями и внешними вызовами.



– Как-то, говоря о том, что Россия по-прежнему «кормит» Дагестан, Вы признались, что республике уже «хватит кормиться с рук рязанского мужика». Сможет ли Дагестан уже в обозримом будущем выйти на «самоокупаемость»?

– К сожалению, пока мы все еще остаемся дотационным регионом, однако с каждым годом уровень нашей зависимости от федеральных трансфертов сокращается. Темпы экономического развития Дагестана сегодня таковы, что по ряду показателей он вошел в число лидеров страны. И я думаю, что в обозримом будущем нам удастся в значительной мере снизить уровень дотаций.

– Что сегодня является основными статьями дохода Дагестана?

– Основными направлениями развития республики являются агропромышленный комплекс, строительство, сфера энергетики. У Дагестана серьезные перспективы для реализации проектов в животноводстве, птицеводстве, переработке мяса и молока. В настоящее время на подъеме – выращивание овощей в закрытом грунте, строительство теплиц и парников. В эту сферу готовы активно вкладываться инвесторы из Азербайджана, Испании, Израиля. Виноделие, является важной бюджетообразующей отраслью республики.
Дагестан обладает хорошими возможностями для выпуска собственной промышленной продукции и материалов высокого качества. Большую часть всех налоговых поступлений в консолидированный бюджет РД – 35% – обеспечивают дагестанские промышленные предприятия, притом что доля нашей промышленности в ВРП – всего 6%. Также мы рассчитываем на возрождение туризма, для этого есть все условия: природа, климат, уникальные этносы, памятники истории и архитектуры.

– Как бы Вы охарактеризовали нынешний уровень жизни в республике?

– Уровень жизни, если судить по статистике, не самый лучший в стране, но существенный прогресс есть. Средняя зарплата за январь–июнь 2015 г. – около 21 тыс. рублей (без учета субъектов малого предпринимательства), а средняя зарплата работников образования – более 18 тыс. рублей. Но если сравнить потребительские расходы в субъектах Федерации, то Дагестан сразу поднимается на 15-20 позиций и перемещается в группу среднеразвитых регионов страны. Статистика не учитывает доходы от неформальной занятости, личных подсобных хозяйств (а в Дагестане около 55% населения живут в селах), а также доходы от «импорта» денежных средств представителей дагестанских общин, проживающих в других регионах России (около 500-600 тыс. человек, 20-25% всего населения республики).

– Вы известны тем, что большое внимание в своей работе уделяете борьбе с терроризмом, но верите ли Вы в то, что удастся полностью искоренить терроризм в Дагестане?

– Полагаю, что вопрос сформулирован не вполне корректно: искоренение экстремизма и терроризма в любом регионе – не может быть задачей лишь региональных властей. Терроризм – явление международное, чрезвычайно опасное, «живучее». Этакий «дракон», у которого вместо одной отрубленной головы вырастают все новые и новые. Борьбе с экстремизмом и терроризмом нет альтернативы, и при этом, скорее всего, не стоит говорить о быстрых и «окончательных» победах: речь идет о длительной кропотливой работе всего государства и общества. Вместе с тем, сегодня на Северном Кавказе, в том числе в Дагестане, уже накоплен значительный опыт противодействия терроризму. В 2014-2015 гг. в республике были нейтрализованы свыше 200 боевиков и их пособников, порядка 500 задержаны. В целях адресной работы с однажды оступившимися создан ряд центров примирения и согласия. Только за 2015 год к мирной жизни вернулись свыше 60 боевиков и их пособников. А самое главное – за последние два-три года в сознании дагестанцев сформировалось неприятие терроризма.

– Не секрет, что о дагестанцах в России порой бытует не очень позитивное мнение, Вы и сами не раз это отмечали. Возможно ли изменить этот стереотип?

– К сожалению, еще до недавнего времени это было так. Во многом перелом наступил в канун празднования 2000-летнего юбилея Дербента, когда россияне стали знакомиться с другим обликом Дагестана, с его древней историей и культурой. По поводу «имиджа дагестанца» скажу следующее. Зачастую некоторые выходцы из республики, особенно амбициозная и достаточно невежественная часть молодежи, которая почувствовала свободу от социально- культурного контроля, не умеет себя вести в обществе, особенно за пределами их малой родины и республики.
Но хочу обратить внимание и на то, что дагестанцы нередко встречают в российских регионах предвзятое к себе отношение. Мне докладывают, например, о множестве ситуаций, когда дагестанцы не могут снять квартиры в городах России. Отсюда – реакция отчуждения, а то и ответная агрессия. Все это происходит и по причине, скажем откровенно, не совсем объективного освещения темы «дагестанского (шире – кавказского) криминала» на некоторых федеральных каналах.
Да и проблема с терроризмом и религиозным экстремизмом, еще недавно бывшая главной темой российских СМИ, не прибавляла симпатий к выходцам из республики. Но стоит вам приехать в республику, как ваш страх моментально улетучится, ибо вы увидите здесь совершенно другую реальность, отличную от той, что показывают по телевизору.

– Рамазан Гаджимурадович, а могли бы Вы рассказать немного о своем детстве? Каким оно было и чем запомнилось?

– Детство для каждого человека прежде всего – это родители, родной дом, родник у села и все, что с этим связано. Нас у родителей было девятеро, я четвертый по счету. Жили скромно, даже бедно, в одной комнате, но я чувствовал себя счастливым. Мама, исключительно теплая, добрая, всегда защищала нас и оберегала. В начальные классы школы я ходил в соседнее село, пешком несколько километров. Чтобы мне не было страшно, мама говорила, что будет наблюдать за тем, как я иду. И мне было спокойно, когда я видел вдалеке фигуру мамы, которая смотрела мне вслед. Потом, правда, оказалось, что она просто вешала свой халат на шест, а сама занималась домашними делами.
Отец был очень строгим. В первую очередь, к самому себе. Каждое утро вставал в пять часов и начинал работать. Отец в нашей семье был непререкаемым авторитетом, и до сих пор каждое свое решение, каждое действие я совершаю с мыслью, а что бы об этом сказал отец.
С четвертого по седьмой классы я учился в школе-интернате. Именно там я начал много читать. Благодаря влиянию учительницы Варвары Ивановны, которая еще и работала в школьной библиотеке, я приобщился к чтению, стал писать стихи. Каждый день приходил к ней за книгой, а она проверяла, прочитал ли я то, что она мне выдавала. Я вставал рано утром и читал все эти книги, чтобы не разочаровать ее. Уже позже, в начале 1990-х, в родном селении я поставил памятник русской учительнице. Специально заказал в Удмуртии с помощью друга А.А. Волкова скульптуру из массива дерева, изображающую женщину с раскрытой книгой в руках и мальчика у ее ног.

– Какое место в Дагестане Вы бы назвали своим любимым? И что бы посоветовали посетить в первую очередь?

– Любимое село – это моя родина Гебгута в Тляратинском районе – и весь Дагестан. Уникальных мест много, всего и не перечислишь. Например, Гуниб – место последнего сражения имама Шамиля с царскими войсками. В прежние времена Гунибское плато посещали тысячи туристов, и сегодня мы стремимся восстановить этот туристический поток. Конечно, Кубачи – древнее село златокузнецов, прославивших Дагестан еще в период царской России на всемирных выставках в Париже, впрочем, как и выходцы из других знаменитых ремесленных центров Дагестана. В таких селах, как Кубачи, в настоящее время постепенно получает развитие домашний и этнотуризм – благодаря энтузиазму отдельных жителей и поддержке туроператоров.
Горы Шалбуздаг и Ахульго – священные для дагестанцев памятники природы и истории, куда не иссякает поток паломников и гостей республики. Ну, а Дербент древнейший город России, евразийский Иерусалим, как его называют. Здесь вы найдете множество памятников культуры: уникальный крепостной комплекс Нарын-Кала, Джумамечеть (VIII в.), мемориальное кладбище Кырхляр (VII в.), старинные кварталы, городские некрополи и мавзолеи, уникальные эпиграфические памятники. Нельзя не отметить и песчаные пляжи Каспийского моря, о которых мало кто знает, но после знакомства с которыми снова хочется побывать в Дагестане.
Неподалеку от Махачкалы находится самый большой в Европе песчаный бархан Сары-Кум, достигающий в высоту 262 м. Упомяну и наши «четырехтысячники» – Ярыдаг, Шалбуздаг, Базардюзю, множество пещер Дагестана, заказники и заповедники, природные минеральные источники и целебные грязи. Такого уникального края, как Дагестан, в России, да и во всем мире, нет. Края, настолько своеобразного и многообразного по природно-климатическим условиям, памятникам истории, культуры, традициям и народным промыслам. Не забывайте, что на территории региона проживают более 40 народностей, каждая из которых имеет свои обычаи, язык и культуру. Здесь расположены 1960 объектов культурного наследия федерального значения, 4514 – регионального значения. Это и историко-архитектурные комплексы, и достопримечательные места. 40 населенных пунктов и 25 памятников истории, культуры и архитектуры находятся под охраной ЮНЕСКО.
А чтобы еще больше проникнуться симпатией к Дагестану, вам необходимо попробовать несколько видов хинкала, чуду, урбеч из абрикосовых косточек, горский сыр из коровьего, овечьего или козьего молока, сушеное мясо и колбасу. В горах вас обязательно накормят вкусными и полезными блюдами из толокна, пшеницы и бобовых. Но самая главная достопримечательность Дагестана – это наш народ, наши обычаи и традиции, гостеприимство и куначество, наша культура и языки, выдающиеся поэты, писатели, художники, народные умельцы.

– Недавно отмечалось 2000-летие Дербента – одного из древнейших центров цивилизации, упоминаемых еще в Библии и Коране. Можно ли сказать, что сегодня в Дербенте уже создана благоприятная для туристов среда, есть соответствующая инфраструктура?

– Для этого уже многое сделано и делается. Мы уверены, что в перспективе Дербент станет одним из развитых центров мировой культуры и туризма; при участии бизнессообщества благоустройство города будет продолжаться. К 2018 году планируется существенно преобразить его облик, что, безусловно, повысит туристическую привлекательность Дербента и всего Дагестана.

– И наконец, как бы Вы описали характер современного дагестанца?

– Пожалуй, это горская прямота, открытость, непоказное и искреннее гостеприимство, мужество и твердость характера, уважение к женщине, щепетильное отношение к своей репутации, гордость, «заряженность» на успех. И, конечно, привязанность к малой родине и довольное редкое в нынешние времена почитание предков, ну и преданность дружбе с русскими и другими народами страны. 


Текст: Наталья Лукашкина
 
Благодарим за содействие в организации интервью Управление пресс-службы и информации Администрации Главы и Правительства РД. 



 


Теги: Дагестан